Утро встретило группу традиционным дождём. Оно, впрочем, и хорошо - быстрее зашевелились, раньше вышли. В рамках прощания с гостеприимной поляной Мисти глотнул немного бехеровки и, буркнув "ну пошли, что ли", стремительным домкратом ломанулся вверх. Коварное чешское пойло не давало остановиться, и он топал вверх к перевалу, слыша за спиной недовольное ворчание соучастников. Останавливаться не хотелось ещё и потому, что недобрый ветер тут же норовил отнять всё накопленное за время движения тепло, а периодически моросящий дождь пытался закрепить результат. Перевал явился взору вовремя: дождь уже приутих, а компаньоны ещё не готовы были приступать к экзекуциям вроде перекидывания консервов в рюкзак впереди бегущего.

Пройдя знакомым уже по маю-2007 гребешком Сары-Хая, группа остановилась у дороги, идущей с севера на Кемаль-Эгерек.

- Ну что, пойдём на Басман?
Кто? Кто это сказал?! Ещё утром никуда не собирались, да и погода не располагает: если здесь ветрила такой, что же будет там? А предложение выдвинул, естественно, Бобус. Ну кто же ещё ;)

- Лично я на Басман не собираюсь, - угрюмо процедил Мисти.
- Ну тогда с рюкзаками посидишь, - повёл усом Толя. После чего Мисти громко подумал слово "сцуко", со скрипом встал и пошёл вместе со всеми маскировать рюкзаки. Вот так наши розовые мечты об отдыхе разбиваются о чугунную жопу походной реальности.

На Басмане в полной мере ощутилась вся бессмысленность надетых и принесенных с собой флисок и штормовок. Немилосердно палящее солнце и полный штиль - вот что поджидало путников. Но после холодного ветра на Сары-Хая им это было только в радость. Открывается очередная банка шпрот, бутылка воды, пакет с хлебушком... И хорошо с былым наедине (с) Некоторые в перерывах между поеданием запасов умудряются ещё и фотографировать, но большинство откровенно ленится, созерцая просторы Заповедника.

С Басмана отлично просматривается хребет, ведущий к следующей цели сегодняшнего перехода - горе Кемаль-Эгерек, что в переводе с тюркского наречия означает "верблюжье седло" (Кемаль, Camel... знакомо?). Поцокав языками и сдержанно повозмущавшись (опять вверх, итить!), граждане туристы двинулись в обратный путь к своим рюкзакам.

Нацепив рюкзак, Мисти на остатках бехеровки взял низкий старт и убежал вверх по дороге.

Бежалось так хорошо и легко, что он с трудом заставил себя остановиться на опушке леса, где дорога выходила на открытую местность и стремительно возносилась к одному из крымских полуторатысячников. Отдыхать понравилось настолько, что когда остальные подошли к опушке и двинулись дальше, от былого задора не осталось и следа. Последовавшая за этим пробежка с Тимой на родник и вовсе вышибла Мисти из обоймы, отправив в самый хвост группы. Он плёлся по каменистой тропе, едва видя впереди оторвавшегося от всех Тахира (вот оно, преимущество ходьбы ровным темпом), и думал о нелёгкой доле аутсайдера.

Впрочем, вот уже и характерная скала, до вершины недалеко, можно передохнуть и... снова подкрепиться %) Обжорный день, господа...

Солнце в этот день работало как по заказу: когда тягун, оно прячется, когда передышка, появляется, не давая натруженному организму замёрзнуть. Но ближе к вершине Кемаль-Эгерека светило дало сбой, и на самой вершине было уже не вполне уютно. Мрачнело, огрызки триангулятора зловеще растопырили в небо свои ржавые пальцы. Настороженно косясь на клубящиеся поблизости облака, Бобус генерировал мысль"ну на фиг Гурзуфское Седло, идём на Джунын-Кош". Очередную гениальную идею вождя народные массы горячо поддержали, после чего, подстёгиваемые вновь разгулявшимся ветерком, взяли юго-западное направление.

Туман, плотным одеялом наползавший с моря, стремился окутать собой и стоянку с приютившимися путниками, и крутые уступы Джады-Буруна*

* Джады - ведьма, колдун (тюрк.)

Уже ближе к ночи где-то на западе, за выступающим носом Ай-Петри, разыгралась нешуточная гроза. Вскоре начавшийся редкий дождь заставил по быстрому сложить штативы, сгрести в рюкзак разбросанные вещи и спрятаться в уютное нутро палатки. В ночи по тенту барабанил дождь, и молнии высвечивали каркас столь ненадёжного, но зато сухого и тёплого убежища.